|
Б.М. Теплов тщательно готовил материалы к публикации, ни одну цитату не пропускал, не проверив. Помню, работал он тогда над вторым изданием учебника Психология для средней школы, заново выверяя весь текст, проверяя каждый факт. Отличаясь самокритичностью, он прислушивался к мнению других, в том числе и более молодых коллег, нередко сам обращался с вопросом: Как вы думаете, как это могут истолковать школьники?
Мое пребывание в Академии общественных наук было недолгим, всего год с небольшим. Посовещавшись с Б.М. Тепловым, я решил подать заявление об уходе. Думаю, что поступил правильно. На кафедре собственно научной работы у меня не было. Борис Михайлович тоже тяготился этой своей деятельностью. Ведь нужно было в течение всего лишь трех лет подготовить высококвалифицированных кандидатов наук из числа тех людей, которые до этого имели очень слабое понятие о том, что такое психология вообще. Конечно, кафедра логики и психологии справлялась со своей задачей и диссертации защищались. Но Борису Михайловичу такого рода занятия не давали удовлетворения, хотя аспиранты и были людьми ответственными и серьезными; с некоторыми из них у меня и в дальнейшем сохранились товарищеские отношения. Борис Михайлович рассказывал мне, как отнеслось руководство Академии к его намерению оставить кафедру.
Это их испугало, и вот почему. Дело в том, что в число руководителей кафедры его фамилия была вписана самим Сталиным. Академия начала работать в 1947 г. Теплов не так давно опубликовал свой учебник психологии для средней школы, и, возможно, этот учебник был известен Сталину. Академия готова была идти на все уступки, выполнить все личные пожелания Бориса Михайловича, лишь бы он остался. Между тем было немало желающих занять этот пост.
|
