|
На меня никто не оказывал какого-либо доминирующего влияния, потому что советская психология исходила из постулата идеальности психического, а он, этот постулат, никак не связывался с моей фантастической картиной: постулат идеальности отрицает взаимодействие, он не вписывается в принцип взаимодействия. Поэтому, исходя из элементарных теоретических положений, я отбрасывал эту версию. По Декарту постулируется, что душа нематериальна, а тело материально. Между ними — шишковидная железа. Но кто же раскачивает эту железу? 300 лет прошло после Декарта. А воз, как говорят, и ныне там. Во всяком случае, даже если постулат верен, это не может быть научно проанализировано. Религия, скажем,— это форма ненаучного подхода к построению картины мира. Но есть же формы научного познания мира.
Я работаю только в пределах возможностей науки. Поэтому я снял данный постулат. Для меня субъективная реальность — это один из структурных уровней организации объективной реальности, форма объективной реальности. Большинство психологов придерживались постулата идеальности психики, но меня это не устраивало. Я многих психологов высоко ценил, в частности Алексея Николаевича Леонтьева, который был руководителем моей дипломной работы. Очень ценил Бориса Герасимовича Ананьева, и не только потому, что он предложил свои услуги в оппонировании моей кандидатской диссертации. Огромное впечатление произвел на меня Анатолий Александрович Смирнов — и тоже не только потому, что он взял меня к себе в институт. Он — уникум, подобного директора у нас в психологии не было.
Я считаю, что организация любых научных исследований должна определяться типом знания. Современная организация соответствует тому эмпирическому типу знаний, который сейчас доминирует. Полагаю, что этот эмпирический тип исчерпывает свои возможности. Он, может быть, уже исчерпал себя, развивается с отрицательным ускорением. Проиллюстрирую примером. Возьмем связку игра — учение — труд. Ее составляющие можно рассматривать как своего рода структурные уровни организации. Игра у детей развивается и достигает расцвета к шести годам.
Потом начинает развиваться учение. Игра продолжается, но ее развитие приобретает отрицательное ускорение, детская игра свертывается, изменяются ее формы. Развертывается учение. И вот в недрах учения, когда оно достигает апогея, формируется труд. Я беру совершенно старые категории. Внутри каждого типа деятельности, раньше так говорили, когда он достигнет оптимума развития, возникает другой тип. который его перестраивает, глушит в какой-то мере. Так вот сейчас внутри эмпирического типа — совершенно ясно видно — возник и развивается новый тип знания. Эмпирический тип развивается с отрицательным ускорением. Мне думается, что организация современной науки соответствует этому старому типу, который себя исчерпал и дал возможность возникнуть внутри его новому типу, приобрести первые зачатки развития, продвинуться вперед. Поэтому со временем организацию науки нужно менять. Ее надо приводить в соответствии с требованиями нового типа знания. Перестроить тип знания легче, чем перестроить тип организации науки. Это наиболее консервативный элемент в научном социуме, потому что здесь задействованы люди, выступающие в определенных ролях.
|
