|
В институте был и отдел психологии, которым заведовал Б.Г. Ананьев. Но с Ананьевым я общался мало. Он работал над своей докторской диссертацией по истории русской психологии. Ананьев был человеком чувствительным ко всем переменам в идеологической атмосфере и очень быстро адаптировался к ним. Я читал его работу — она защищалась как докторская диссертация на кафедре Рубинштейна в Ленинграде перед самой войной.
У меня двойственное отношение к ней. С одной стороны, он акцентировал внимание на наличии в русской культуре оригинальных психологических идей. И в этом была новизна его подхода. А с другой — русская наука рассматривалась изолированно от мировой.
Всю эту пространную трехтомную диссертацию Ананьев свел в небольшую книжечку под названием Очерки истории русской психологии, вышедшую в 1947 г. Она отражала типичную уже для тех времен ориентацию, которую можно выразить так, что Россия — родина слонов, родина картошки и т.д. — Скажите, довольны ли вы своей судьбой в науке, что вас особенно порадовало за более чем 50-летний союз с ней,— какое наиболее значимое событие вы можете отметить,— и что огорчило? Считаете ли вы, что психологическая наука должна была прийти именно к тому промежуточному финишу, к которому она сейчас пришла, или она должна была развиваться совершенно по-другому? Был ли золотой век психологии? Что, на ваш взгляд, нужно в ней изменить? — По этим вопросам целый том можно написать. Отвечу в общих чертах.
|
